Предвыборным лозунгом лейбористов был «Боб Хоук сплотит Австралию» 62. 4. Лейбористы снова у власти На выборах, состоявшихся 5 марта 1983 г., лейбористская партия одержала убедительную победу. Лейбористы обеспечили себе твердое большинство в палате представителей (АЛП получила в ней 75 мест, либерально-национальная коалиция — 50) 63. Но установить контроль над сенатом им не удалось. Положение в нем снова определяли сенаторы-демократы, которые сохранили в сенате свои пять решающих мест.

Но последующее развитие событий показало, что слова лидеров АЛП, как это неоднократно случалось и ранее, расходились с их делами. Сразу же после выборов (еще до официального занятия носта премьер-министра) Р. Хоук заявил, что лейбористскому правительству придется пересмотреть всю свою программу «из-за экономического беспорядка, который оставила после себя администрация Фрейзера» 65. На проходившей в апреле 1983 г.

В целом же, провозгласив курс на «национальное примирение» и утверждая, что только на основе этого возможно преодоление экономических трудностей, пережиипомых страной, правительство Р. Хоука требовало жертв прежде всего и главным образом от трудящихся. Правящие круги Австралии, страны, которую буржуазные идеологи рекламируют как «образец демократии п политической стабильности», рассчитывают в настоящее иремя справиться с экономическими и политическими затруднениями в рамках «англо-саксонских демократических институтов», не исключая, однако, «в случае необходимости», как об этом свидетельствует опыт 70-х годов (отстранение от власти правительства Э.

Следовательно, для сохранения достаточно стабильного общества необходимо ускорить экономический рост. Поскольку в 70-х годах застой в экономике усилил политическую и социальную напряженность в Австралии, дальнейшие неудачи в деле улучшения экономического положения в следующие два десятилетия могут спровоцировать намного более серьезные кризисы» 68. Позволительно усомниться в том, может ли экономический рост быть панацеей от всех возможных бед, но нельзя не признать обоснованность тревог авторов этого прогноза.

В глобальном масштабе происходил процесс изменения соотношения сил между социализмом и капитализмом, укрепления могущества социализма и сокращения возможностей империализма, роста носящей антиимпериалистический характер борьбы развивающихся стран за достижение экономической и упрочение политической независимости, за окончательную ликвидацию колониализма. Усиление СССР и стран социализма, а также все более активная роль освободившихся от колониального гнета стран не только определяли и определяют обстановку на мировой арене, но и оказывают непосредственное влияние на политику отдельных капиталистических стран, в том числе и Австралии.

долл.1 Был нанесен тяжелый удар по общей концепции, которой придерживались и руководствовались в своей внешнеполитической практике правящие круги Австралии после второй мировой войны. В основе этой концепции вначале лежал расчет на достижение собственных целей австралийского империализма, опираясь на поддержку двух «великих и сильных друзей» — Великобритании и США. Однако неуклонное ослабление позиций английского империализма в мире привело к тому, что в 50-х годах Австралия в политическом и военно-стратегическом отношении переходит в сферу влияния США.

И процесс этот протекал по-разному в прямой зависимости от того, как оценивало перемены в регионе, а также положение на международной арене правительство, находящееся у власти. Еще в самом начале 70-х годов, до окончательного краха вьетнамской авантюры американского империализма, но когда неизбежность этого краха обозначилась достаточно четко, либерально-аграрное правительство Австралии сделало первые робкие шаги в направлении соответствующей корректировки своего внешнеполитического курса.

Это заявление характеризовалось тогда западными политическими обозревателями как «частичная декларация независимости». Лейбористское правительство весьма решительно добивалось признания за Австралией более самостоятельной роли в рамках американо-австралийского партнерства. Премьер-министр Э. Уитлем, выступая в Вашингтоне в июле 1973 г., провозглашал: «Я верю, что дружба, которую мы сейчас предлагаем Америке как сильная средняя держава, принимающая свои решения самостоятельно при консультации с другими заинтересованными странами, создаст более совершенную, чем до сих пор, основу для долгосрочных дружественных отношений между Австралией и США.

Отметим в то же время, что в направлении сохранения и даже упрочения сложившейся структуры американо-австралийского «партнерства» в последние годы со всевозрастающей силой действует чрезвычайно важный фактор — военно-стратегическая заинтересованность США в пятом континенте. Австралия уже давно — с начала 60-х годов — занимает важное место в стратегической системе США. Созданная за последние 20 лет сеть американских военных баз и сооружений на австралийской территории (среди них крупнейшая американская радиокоммуникационная база за границей Норт-Уэст-Кейп и сверхсекретные военно-космические базы Пайн-Гэп и Наррангар) призвана обеспечивать военное присутствие США на стыке Тихого и Индийского океанов, на подступах к Южной и Юго-Восточной Азии.

Происходит усиление военно-стратегического аспекта в американо-австралийских отношениях. «С переносом акцента (стратегии США.— И. Л.) с мобильных сухопутных ракет на программу «Трайдент» резко возросло значение коммуникационных баз США в Австралии. По всей вероятности, мы являемся свидетелями коренного изменения в оборонительной ценности союза АНЗЮС» 4,— писал в 1978 г. орган Австралийского института международных отношений журнал «Острэлиан аут-лук».

Порой это обстоятельство накладывало отпечаток на внешнеполитические решения а встралийских правительств. В последние два десятилетия происходит неуклонное усиление роли Японии во всей системе австралийских внешнеэкономических и внешнеполитических связей. Масштабы и глубина японо-австралийских экономических связей (об этом уже говорилось) имеют серьезные политические последствия. Стратеги японского империализма, выдвинувшие концепцию «Австралия — Канада Японии», вкладывают в нее помимо экономического также политический смысл.

Складывается механизм постоянных японо-австралийских политических консультаций, важнейшей составной частью которого является так называемый министерский комитет (в него входит ряд министров обеих стран, а заседания проводятся поочередно в Токио и Канберре). Большое место в австралийской внешней политике занимает Китай. Борьба против «китайской угрозы» была одной из основ внешнеполитической стратегии австралийского империализма в послевоенный период.

Все большее место во внешнеполитических отношениях Австралии занимают страны «Ближнего Севера» (так обычно в печати страны именуют Юго-Восточную Азию), и прежде всего ближайший сосед — Индонезия. В концепциях как лейбористских, так и либерально-аграрных политиков ей отводится роль главного партнера Австралии в Юго-Восточной Азии. Обеспечение «политической стабильности» огромного островного государства, сохранение Индонезией западной ориентации, налаживание австрало-индонезийского партнерства — определяющие соображения при выработке Канберрой курса в отношении этой страны.

Упомянем в этой связи, что Э. Уитлем еще с. конце 60-х годов неоднократно высказывал мысль о том, что роль Австралии в азиатско-тихоокеанском регионе должна определяться не численностью населения, а экономическим потенциалом, и прежде всего тем, что она производит больше промышленной продукции, чем все страны Юго-Восточной Азии, вместе взятые. Австралийцы, подчеркивал он, «в силу неумолимых законов географии призваны участвовать в решении проблем Азии» 6.

По пятилетней правительственной программе «усиления обороны» (1972—1977 гг.) было израсходовано свыше 7 млрд. долл. на создание «самостоятельной военной мощи». Показательно, что на протяжении 60 — 70-х годов в политических и научных кругах Австралии велась дискуссия по вопросу о «целесообразности» ядерного вооружения страны. В марте 1972 г. министр обороны Д. Фейрбэрн заявил, что хотя в планы правительства не входит оснащение вооруженных сил ядерным оружием, однако нельзя поручиться, что оно не потребуется в будущем.